Воеводы

Продолжение IV главы II части книги «На степном пограничье: Верхний Дон в XVI-XVII веках».

Воеводы

В XVII веке человек, стоявший во главе города, и особенно приграничного города был совершенно не похож на администратора в современном понимании этого слова. Между тем, именно, от него напрямую зависела судьба нескольких тысяч человек: их жизнь, имущество, хозяйство. Воевода был опорой царской власти в провинции, важнейшей частью общества, представителем элиты, русской аристократии той эпохи, но при этом, он оставался тесно связан с народом, с людьми самых разных чинов, званий и служб, вступая с ними в постоянный контакт. Именно, в этом персонаже допетровского общества отразились особенности русской государственности своей эпохи.

План воеводской избы

Что представлял собой русский воевода? Обыкновенно, когда речь заходит о воеводах старой Руси вспоминается образ глупого и ленивого взяточника, обирающего население. Этот образ нашел отражение в поговорке: «Наказал Бог народ – послал воевод». Для негативной оценки деятельности воевод есть основания, однако в повседневной жизни их облик предстает перед нами совершенно иным.

Жизнь любого воеводы до поступления в службу, т.е. до 15-16 лет нам практически неизвестна. Личная жизнь воеводы вообще освещается документами довольно скупо. Дело в том, что эта жизнь не отличалась разнообразием и стояла на заднем плане. Настоящая жизнь воеводы – это государева служба. Вне службы этот человек не представляет своего существования, служба составляет основную и важнейшую часть его бытия. Русский воевода, как правило, ничем не интересуется. У него нет личных интересов, увлечений, он – это его служба.

Несмотря на то, что о молодых годах воеводы мы ничего не знаем, ясно, что он с самого раннего возраста готовится к военной карьере. Неграмотность среди воевод – явление редкое, поскольку умение писать и читать приносит большую практическую пользу администратору. Воевода к 16 годам должен обладать необходимыми военными знаниями, умением лично сражаться и организовывать служилых людей. Есть сведения, согласно которым будущий воевода свои детские годы проводил с отцом. Он ездил по городам и на практике учился всем хитростям воеводской службы. Достигнув служебного возраста 15-20 лет, сын воеводы посылался в полки на военную службу, и лишь затем, рано или поздно ему предлагалось стать городовым воеводой.

Воевода присылался в город на 2-3 года. Он мог повлиять на выбор места своего назначения. Присмотрев подходящий город, воевода посылал в Разрядный приказ (ведомство, которому он подчинялся) челобитную, содержащую обоснование своего желания получить назначение, именно, в это место. Несмотря на то, что обстановка на степном пограничье была небезопасной, многие воеводы стремились попасть в местные города, и даже соревновались друг с другом в стремлении убедить дьяка, возглавлявшего приказ, отдать предпочтения именно ему [1]. Иногда воевода посылал своих людей или ехал лично к дьяку, чтобы решить это дело «посулом», т.е. дать взятку. Употребляя различные средства борьбы за место, или попав случайно в какой-либо город, воевода получает, наконец, приглашение явиться в Москву.

Любая поездка в столицу, ко двору государя – большое событие в жизни воеводы. Здесь он должен показать себя во всем блеске, продемонстрировать свою готовность к верной службе. Не редко, обычно до середины XVII века, воевода степного пограничья допускался до «государевой руки». Например, воронежский воевода Иван Васильевич Волынский и его помощник («товарищ») Семен Васильевич Урусов 9 мая 1626 года были приняты Михаилом Федоровичем [2]. Царь, как правило, интересовался здоровьем воеводы, желал ему хорошей службы.

В приказе воеводе вручался наказ от имени царя. В наказе воеводе предписывалось доблестно защищать Российские рубежи, следить за состоянием крепости, беречь город и его жителей, не обижать местное население, а «держать ласку и привет добрый» [3].

Иванов С.В. Приезд воеводы

С наказом воевода ехал к месту службы – в город на степном пограничье. С собою, кроме обычных вещей, он возил книги, тетради и столбцы, в которых упоминалось о его прежних службах, а также о службе его родственников и предков. Все это везлось в больших сундуках, на тот случай если воевода затеет тяжбу с таким же, как он стражем степи за руководящее место во время неожиданной войны с татарами. Такие войны возникали здесь постоянно. При отражении удара татар иногда разрядный приказ предписывал городовым воеводам совместные военные действия. Воеводы при этом четко придерживались «мест», положенным им родовитостью.

Вот воевода в городе. Прежде всего, он являлся в Приказную избу к воеводе, которого предстояло сменить, и показывал ему «расписную грамоту», в которой подтверждалась смена власти в городе. О его приезде знали и заранее готовили опись, содержащую перечень казенного имущества, описание состояния крепости, сведения о служилых людях и другая подобного рода информация. Затем воевода уже сам, лично отписывал в Москву о своем приезде и вступлении в должность.

В ближайшие дни после приезда воеводы к нему приходила делегация от представителей местного мира. В состав делегации входили старосты слобод, лучшие дворяне, представители духовенства. Здесь многое зависело от воеводы. Взаимодействие его как администратора с местным обществом играло большую роль. Воевода получал от делегации «корм», размеры которого устанавливались традицией сложившейся в городе. Корм состоял из ветчины, сыра, хлеба, алкогольных напитков и прочего. «Корм» подносился воеводе нерегулярно. Вообще-то, после каждого нового назначения городовому воеводе выплачивалось приличное жалование [4]. Кроме того, воевода – крупный помещик или вотчинник, он имеет стабильный доход.

Двор воеводы, где ему предстояло провести 1-2 года своей жизни в городе, находился, обычно, за пределами главной крепости города. Здесь он жил с семьей, женой и детьми. Семья сопровождала воеводу на службе, вместе с ним переезжая из города в город и рискуя часто попасть в плен, сгореть в огне пожара или погибнуть от татарской стрелы.

В крепости, располагавшейся в центре города, находилась Приказная изба, где работал воевода. Приказная изба представляла собой деревянное двухэтажное здание. На первом этаже находилась приемная, здесь сидели подьячие, помогавшие воеводе. Наверху располагалась комната воеводы, в которой хранились сундуки с многочисленной документацией. Часто документы сырели, портились или использовались воеводой не по назначению.

Воевода обычно умел писать, но на службе прибегал к этому умению крайне редко. Например, лебедянский воевода Прон Коптев сетовал в 1649 году на то, что у него в подчинении нет подьячего. Старый подьячий умер, а нового найти сложно, так как грамоты в городе никто не знает. Но П. Коптев все-таки не собирался писать документы лично, он заставлял делать это одного из помещиков уезда [5]. В повседневной жизни писать воеводе приходилось часто. Он писал родственникам, приказчику, коллегам по службе, но писать документы в Москву решительно не хотел. Частная переписка воевод показывает, что во всех случаях грамотность воевод была не самой лучшей, а почерк очень сложен для прочтения [6].

Воевода часто предстает перед нами как строитель. Сейчас трудно понять, откуда у русских воевод брались навыки строительного дела, но факт остается фактом: каждый воевода был в той или иной степени строитель. Русские города-крепости в степи строились по плану и смете, составленными воеводами, и под их бдительным руководством. Основателем города Воронежа стал воевода Семен Федорович Сабуров-Папин, город Ливны был построен Владимиром Васильевичем Кольцовым-Мосальским, а Елец Андреем Дмитриевичем Звенигородским и Иваном Мясным [7]. Воевода отвечал за состояние укреплений, руководил возведением валом, острогов и прочих сооружений, строившихся для того, чтобы помешать татарам. Иногда воевода, прибыв в город и осмотрев, докладывал о необходимости ремонта или переноса города на новое место [8]. Для возведения преград кочевникам в 1647 году всем миром воронежцы под руководством воеводы Василия Тимофеевича Грязного строили дубовые надолбы по левым берегам рек Воронежа и Дона длиной более семи километров. Кроме того, воронежцами был вырыт ров глубиной более двух метров, сооружены тарасы – деревянные дубовые срубы, насыпанные землей. [9]

Главнейшая обязанность воеводы степного пограничья – организация обороны города и уезда от татарских набегов. Он отвечал за сохранение жителей и города от татар. Воевода почти ежедневно контролировал патрульную («сторожевую») службу в уезде. Выслушивал отчеты «станичных голов», командовавших патрулями. Воевода ждал вестей о приходе татар. Весной русские выходили в степь выжигать траву, чтобы татарским коням нечего было есть. Служилые люди валили деревья в местах татарских переправ, рыли рвы в степи, сажали на эти рвы колючий и густой тёрн, не дававший лошадям проехать.

Крупные походы татар на Россию случались нечасто и обычно об этом всегда знали заранее в Москве. А вот небольшие удары татарской конницы происходили очень часто, по несколько раз в год. Их то и ждал городовой воевода.

Когда татары вторгались в уезд, воевода с тревогой слушал доклад о действиях неприятеля. Главная задача воеводы – спасти население и организовать оборону города, и, конечно, сообщить в другие города. Обычно воевода посылал отряд местных служилых людей против неприятеля, а сам организовывал оборону города. Но нередко бывали случаи, когда воевода, узнав о приближении татар, лично садился на коня и возглавлял контрудар русских.

Так в 1632 году крупный татарский отряд обрушился на город Лебедянь. Утром 26 августа Лебедянь была взята в осаду. Посад города оказался плохо укрепленным, и местный воевода Иван Скорняков-Писарев решил не выжидать, когда неприятель зажжет слободы. Воевода дал бой татарам возле города. Лебедянцы отбили от крепости татар, и даже взяли несколько человек в плен.

Крупный набег на Курск был совершен зимой 1645-1646 годов. От основного корпуса татарской армии отделилась тысяча ногайцев, которая перешла реку Сейм у самого Курска и зажгла окрестные сёла. Ногайцы ворвались в Ямскую слободу Курска, грабили и жгли местные дома, часть жителей слободы оказалась в плену.

Воевода на коне

Тогда воевода князь Семен Романович Пожарский лично во главе курских ратников выступил навстречу степнякам. Битвы с татарскими войсками кипели в окрестностях города, селах и деревнях. Князь Пожарский, отогнав ногайцев от стен Курска, сумел в одной из схваток пленить полководца Элмурзу. 23 декабря воевода лично отбил у татар угнанный полон — 439 человек. После этих успехов князь С. Р. Пожарский не стал отсиживаться в крепости, а поспешил на выручку жителям уезда, который разоряли татарские отряды. После многочисленных удачных схваток курский воевода соединил свои войска с отрядом из Рыльска, тоже возглавляемый воеводой. Воеводы атаковали крымских царевичей и одержали победу. Благодаря решительным действиям курского и рыльского воевод свободу получило 2 700 русских пленников. [10]

8 июля 1647 года татарский отряд численностью около тысячи человек напал на Воронежский уезд. Воевода Василий Тимофеевич Грязной сам вывел ратных людей против нападавших. Он держал оборону по левому берегу Дона, и неприятелю не удалось переправиться к городским полям, набег татар был отбит, русские пленники освобождены. [11]

Заслуживает упоминания служба воеводы Андрея Васильевича Бутурлина. Ему удалось удержать Ливны, когда город осадил татарский «царевич» с огромной армией. Он даже умел совершать удачные вылазки и захватывать «языков». В 1637 году стольник Бутурлин был направлен на южную границу во главе отряда – перекрыть Изюмский шлях. Под его руководством была построена крепость в степи – Яблонов. Татары постоянными ударами стремились помешать строительству крепости. Иногда численность татарских отрядов доходила до 1000 человек. Бутурлин руководил обороной крепости и даже организовывал вылазки. За постройку Яблонова А.В. Бутурлин получил награду от государя: соболей, золотой ковш, ткани и 50 рублей.

В 1645 году А.В. Бутурлин был назначен воеводой в Воронеж. Состояние городских укреплений оставляло желать лучшего. Жители уезда во время набегов татар не спешили ехать в крепость, а укрывались в лесах. В городе отсутствовала дисциплина, а некоторые служилые люди совершенно не знали ратного дела, не умели стрелять из пищалей. Воронежский воевода организовал починку укреплений Воронежа. 7 июля 1646 года татарский отряд численностью в 600 человек обошел русские сторожи и подошел к городу. А.В. Бутурлин спешно собрал ратных людей и выступил против татар. Русские одержали победу и преследовали татар пять верст. В этом году продолжились нападения татар, которые воронежцы успешно отбивали. Воронежский уезд часто подвергался татарским набегам. Местные воеводы Ф.Ю. Арсеньев, И.Я Кушелев, А.В. Бутурлин, В.Т. Грязной лично выводили служилых людей для боя с татарами [12]. Умелыми действиями воевода спасал сотни жизней, рискуя своей.

Война с татарами составляла значительную часть повседневной жизни воеводы, но у него были и другие проблемы, касающиеся, прежде всего, организации многочисленных сборов с местного населения. Воеводе также с трудом удавалось заставлять местных жителей исполнять многочисленные службы, за которые он отвечал перед Москвой. Это, например, строительные работы, выпас государевых лошадей, поставка продуктов питания ко двору, строительство стругов, обработка десятинной пашни, сопровождение переселенцев, содержание турецких и крымских послов, сбор хлеба, соли, хмеля для казенных нужд, ремонт мостов, дорог, обеспечение подвод для войск и проч. Понятно, что население, и без того измученное войной с татарами, очень негативно относилось ко всем этим обязанностям и податям, что, безусловно, сказывалось на отношении народа к воеводе. Его часто обвиняли в том, что проводимые им различного рода сборы есть не что иное как его личная затея, предпринимаемая с целью наживы. Фигура царя считалась сакральной, и в целом царь в сознании населения был положительным персонажем. Поэтому люди считали виновниками своих бед бояр и воевод. К воеводе часто приходили «с большим невежеством» и открыто обвиняли в обмане царя и народа.

В 1648 году в степных городах ходили слухи о беспорядках в Москве. Никто ничего толком не знал, но слух очень скоро принял резкую антивоеводскую форму: население говорило, что царь издал указ воевод и их сторонников «побивать камнями» [13]. Это было тяжелое время для воеводы. Многие из воевод южных уездов боялись выйти на улицу, некоторые покидали города, несмотря на то, что срок службы еще не истек.

Несмотря на трудности, воевода старался поддерживать свой авторитет в городе. Иногда он прибегал к угрозам, действовал силой, либо лестью. Его можно понять, поскольку его работа требовала признания от общества. В 1647 году ливенский воевода Фёдор Абросимович Лодыженский — представитель старого рода, одной из ветвей Рюриковичей, был посажен на несколько дней в тюрьму за неудачный местнический спор [14]. Его авторитет, конечно, сильно пошатнулся.

Иногда воевода вступал в конфликт с местным миром, а точнее с его частью. Как показывает практика, он не всегда выходил победителем в таких делах.

Повседневная жизнь воеводы проходила в постоянных заботах о службе. Конечно, иногда, в эти заботы вклинивалась и личная выгода. Тем не менее, городовой воевода не должен восприниматься однозначно как негативная или положительная фигура. Вся его жизнь – это «радение о государевом деле». Многое зависело от личных качеств администраторов.

Домашняя жизнь воеводы ничем не отличалась от жизни простого служилого человека. Даже боярин был в определенной степени служилым человеком и «радел о государевом деле». Беглый взгляд на повседневное существование городового воеводы, обнаруживает нам порядок и устройство государства, в котором он жил. Московское государство было милитаризованным, по сути, и это прямым образом сказывалось на жизни его жителей. Воевода стремился получить должность, часто вступая в споры и тяжбы по поводу места или должности, которое не сулило материальных выгод, но зато демонстрировала государю его годность и готовность к службе.

 

Ляпин Д.А. На степном пограничье: Верхний Дон в XVI-XVII веках. — Тула: Гриф и К, 2013. — 220 с.

Источник http://vorgol.ru/istoriya-eltsa/verxnij-don-16-17-v/voevody/

Примечания:

1. Об этих случаях см.: Камараули Е.В. Южнорусская приказная изба как учреждение местного управления во второй половине XVII века. Воронеж, 2009. С. 17-41.
2. Козляков В.Н. Михаил Федорович. М., 2004. С. 166.
3. Примеры наказов: РГАДА. Ф. 210. Оп. 12. Д. 541. Л. 12-50, 270-307,11-113, 427-453 и др.
4. Козляков В.Н. Получали ли жалование городовые воеводы? //Памяти Лукичева. Сборник статей по истории и источниковедению. М., 2006. С. 96-113.
5. РГАДА. Ф. 210. Д. 275. Л. 221.
6. Например, переписка воевод степного пограничья сохранилась в фондах ГАВО: ГАВО. Ф. И – 182. Т. 2. Оп.1. Д. 4, 69, 161, 554.
7. Разрядная книга 1475-1605 г. М., 1989. Т.3. Ч.3. С. 2-37.
8. Например, воевода А.В. Бутурлин ратовал о переносе Ельца на новое место: РГАДА. Ф. 210. Оп.1. Д. 275. Л. 464-466.
9. РГАДА. Ф. 210. Оп. 12. Д. 272. Л. 54—65.
10. ПСЗ. Т.3. СПб., 1830. № 87. С. 280.
11. Глазьев В.Н. Воронежские воеводы и их окружение в XVI-XVII веках. Воронеж, 2007. С. 98-103.
12. Там же.
13. РГАДА. Ф. 210. Д. 327. Л. 473.
14. Пясецкий Г. Исторические очерки города Ливен и его уезда в политическом, статистическом и церковном отношении. Орёл, 1893. С. 122.

Статья подготовлена по материалам книги Д.А. Ляпина «На степном пограничье: Верхний Дон в XVI-XVII веках», изданной в 2013 году. В статье воспроизведены все изображения, использованные автором в его работе. Пунктуация и стиль автора сохранены.

Разделитель нижний
Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Ельцу — 871 год

Как город Елец впервые упоминается в 1146 году:

...Князь же Святослав Ольгович иде в Резань, и быв во Мченске, и в Туле, и в Дубке на Дону, и в Елце, и в Пронске, и приде в Резань на Оку...Русская летопись по Никонову списку, 1146 г.

Елецкая крепость (макет)

Однако сегодня историки и краеведы исследуют другие источники, в которых факты указывают на появление Ельца гораздо раньше летописной даты.

Подробнее об истории города воинской славы читайте в разделе "История Ельца" >>

Для быстрого доступа к материалам сайта пользуйтесь поиском.

HashFlare
Регистратор
Получить туристическую карту Воргольских скал
goMobi
Статистика
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования Елец
© 2017, Воргол.Ру — страницы истории города Ельца  ·  © 2011-2017, WPcore - разработка и обслуживание сайтов  ·  2006-2017, REG.RU - хостинг и домен для Вашего сайта